В нашей коллекции хранятся эскизы французского художника и дизайнера Люсьена Бонвалле (Lucien Bonvallet, 1861–1919) - рисунки, которые позволяют заглянуть за кулисы декоративного искусства и увидеть то, что обычно скрыто от зрителя: сам процесс поиска формы.

Бонвалле родился в Париже в 1861 году, учился в Национальной школе декоративных искусств. Начинал он с рисунков для текстиля - вышивок, кружев, ковров - и уже на этом этапе обрел свой почерк: он мыслил линией, орнаментом и ритмом. Цветы, листья, шишки, перья в его работах превращались в стилизованный декоративный язык - узнаваемый, но не буквальный.

Почти три десятилетия имя Бонвалле было неразрывно связано с домом Cardeilhac - ведущей парижской мастерской художественного серебра. С 1890-х годов он создавал для неё сервизы, вазы, столовые приборы, украшенные стилизованными чертополохом, аквилегией, омелой; в 1900 году эти работы были показаны на Всемирной выставке в Париже, а в 1913-м - на его персональной ретроспективе в Музее декоративных искусств. Это был классический путь мастера ар-нуво: линия, орнамент, растительный мотив, металл.

Именно в сотрудничестве художника с мастерской становится прозрачной роль эскиза. Перед нами не готовый результат, а именно момент, когда линия ещё может измениться, а орнамент - переместиться. Своего рода «до-предмет»: напоминание, что декоративное искусство начинается не с материала, а с замысла, и лишь потом линия становится серебром, стеклом или фарфором.

Особенно интересен последний период жизни мастера. В 1917 году, за два года до смерти, Бонвалле обратился к новому материалу и новому заказчику - знаменитой хрустальной мануфактуре Baccarat. Этот личный поворот мастера пришёлся на переломный момент и в истории самой мануфактуры. Первый парфюмерный флакон Baccarat выпустила ещё в 1860 году - тогда это были простые прямоугольные сосуды с плоской гранью для этикетки парфюмера. Но на рубеже веков всё изменилось: парфюмеры отказались от аптекарских пузырьков в пользу флакона-образа, способного нести узнаваемый облик марки. К 1907 году Baccarat выпускала уже около четырёх тысяч флаконов в день, а с домом успели поработать более полутора сотен парфюмерных марок - Герлен, Коти, Пивер, Ворт и другие. Флакон перестал быть упаковкой и стал частью фирменного языка дома моды, объект-подпись.

Поздние работы Бонвалле для Baccarat оказываются, таким образом, на границе двух эпох: он всё ещё мыслит растительной линией серебряного ар-нуво, но применяет её уже к хрусталю - материалу, который вот-вот станет главным языком парфюмерной роскоши межвоенных лет.

На эскизах из нашей коллекции - несколько различных флаконов с пробкой: художник пробует разный силуэт, разную форму горлышка и пробки, сопровождая поиск карандашными расчётами пропорций. Именно так - вариативность художественных форм, а рядом рабочие вычисления - устроены и датированные «после 1900 года» листы Бонвалле, хранящиеся сегодня в музее «Собрание». Это не прямое доказательство точной даты этих эскизов, - но манера работы совпадает достаточно точно, чтобы уверенно отнести рисунки  именно к позднему, «баккаровскому» периоду мастера.

Перед нами, таким образом, не просто красивый рисунок, а редкий документ переходной эпохи: момент, когда художник ар-нуво, всю жизнь работавший с металлом, в последние годы пробует себя в хрустале - том самом материале, которому вскоре предстоит стать главным героем парфюмерной роскоши XX века.