Величие Северной столицы принято мерить строгими линиями ростральных колонн, гранитом набережных и блеском шпилей. Но Петербург – это не только застывший камень. Живым его делают люди, наполняющие смыслом величественные городские ансамбли. Истинную историю города пишут не монархи и зодчие, а те, кто каждый день наполняет его улицы в движение, – его жители.

Перенесись мы на два с лишним века назад, предпраздничный город встретил бы нас чужими звуками и незнакомыми лицами. Воссоздать этот повседневный быт конца XVIII столетия позволяет знаменитая серия раскрашенных офортов немецкого художника Кристиана Гейслера «Петербургские типы».

В 1904 году Община святой Евгении подарила этим образам вторую жизнь, выпустив их в виде благотворительных почтовых открыток. За основу были взяты оригинальные листы из богатейшего собрания мецената П. Я. Дашкова. Шесть таких графических миниатюр, хранящихся в нашей коллекции, – шесть артефактов ушедшей эпохи – удивительным образом рифмуются с сегодняшним днем.

Сегодня утро петербуржца начинается в тишине кофеен или под гул городского транспорта. В конце XVIII столетия столица просыпалась иначе – под звонкие крики уличных разносчиков. На одной из миниатюр запечатлен сбитенщик – главный хранитель тепла в старом Петербурге. В медном сосуде он разносил горячий, пряный отвар из меда и трав, спасая прохожих от сырого балтийского ветра. Это был главный уличный напиток, согревавший людей всех сословий.

Рядом со сбитенщиком на офортах оживают молочница с тяжелыми глиняными кувшинами и продавщица клубники с плетеной корзиной на голове. Эти образы напоминают о временах, когда пропитание огромной столицы зависело исключительно от усердия мелких торговцев, доставлявших свежие припасы из пригородных деревень в самые глухие петербургские дворы.

Есть в этой серии и приметы безвозвратно ушедших профессий. Матрос, торгующий серными лучинами, напоминает о старом морском порте – бьющемся сердце петербургской торговли и том самом петровском окне в Европу. Гребенщик, предлагающий костяные и роговые гребни, представляет целое сословие ремесленников, чьи мастерские обеспечивали горожан предметами первой необходимости и нехитрыми украшениями. Замыкает эту праздничную шестерку продавец пасхальных яиц – символ незыблемых традиций и особого духа, который объединял жителей столицы в преддверии главных торжеств.

Старинные открытки из музейных фондов наглядно доказывают: Петербург – это непрерывный поток поколений. Сменились костюмы, исчезли кафтаны и треуголки, на смену деревянным лоткам пришли яркие витрины. Но характер петербуржца – немного меланхоличного, стойкого к капризам балтийской погоды и бесконечно преданного своему городу – остается неизменным. Вглядываясь в этнографические зарисовки прошлого, мы начинаем лучше понимать настоящее – ту самую живую ткань, которая и создает неповторимый облик Санкт-Петербурга.

С праздником, любимый город! Пусть твои улицы всегда будут наполнены яркими, самобытными и вдохновляющими людьми.

На обложке: Почтовая открытка. Зимняя канавка. Акционерное общество Гранберг в Стокгольме // Granberds С.-Петербургъ. Швеция, Стокгольм