Для времени изготовления этой табакерки соотношение её ширины и глубины необычно: по-видимому, Бергс предпочёл современной моде форму, которую парижские ювелиры использовали в начале 1740-х годов. Мягкие, почти подушкообразные очертания, вероятно, сочли подходящими для цветочного декора в технике эмали по низкому рельефу (basse-taille), напоминающего современную шведскую вышивку. Продолжая ассоциацию с обивочными тканями, можно отметить, что чеканные полосы листьев и цветов, подчёркивающие форму предмета, напоминают декоративную тесьму и отделку (passementerie). Табакерка отличается значительным весом и изготовлена из золота в 21 карат, а не в 20 карат, как обычно у Бергса. Это обстоятельство в сочетании с необычным оформлением позволяет предположить специальный заказ; в пользу такой версии, возможно, говорит и отсутствие государственного и городского клейм, а также буквенного обозначения года.

Йохан Фредрик Оскар фон Кремер (Johan Fredrik Oskar von Kraemer; 1829–1904), которому досталась табакерка, происходил из знатной финляндской семьи. Окончив обучение в Санкт-Петербурге и став морским офицером, фон Кремер участвовал в Крымской войне (1853–1856) и был ранен в Севастополе. В 1896 году, в конце выдающейся карьеры, его произвели в адмиралы и назначили членом Государственного совета — чести, которой удостаивались немногие его соотечественники. Из послужного списка следует, что награды он получал в установленном порядке: в 1894 году — орден Александра Невского с бриллиантами, в 1904 году — орден Святого Владимира I степени. Эта табакерка, которую семейное предание считает императорским подарком, в послужном списке не упоминается; следовательно, её следует рассматривать как личный, а не официальный дар.

Улла Тилландер-Годенхильм (Ulla Tillander-Godenheilm) предложила правдоподобное объяснение обстоятельств такого подарка. Фон Кремер пользовался большим уважением при императорском дворе и особым доверием императрицы Марии Фёдоровны (1847–1928). О близости их отношений свидетельствует то, что фон Кремер дважды принимал членов императорской семьи в своём загородном имении Фридхем в Финляндии. Его преданность вдовствующей императрице была столь велика, что, когда в 1898 году она выразила желание видеть его председателем Главного управления Российского общества Красного Креста, он согласился, несмотря на слабое здоровье и необходимость прервать столь желанный отдых во Фридхеме. Мария Фёдоровна не могла не понимать, на какие личные жертвы он пошёл ради неё, и, вероятно, пожелала выразить признательность. Поскольку табакерки из Императорского кабинета предназначались для официальных пожалований, можно предположить, что она обратилась к частному собранию императорской семьи. Хотя табакерка скандинавского происхождения могла не представлять особого интереса в российском контексте, для фон Кремера она была подходящим подарком, особенно личным ввиду того, что вдовствующая императрица родилась датской принцессой.

свернуть...