На внутренней стороне крышки выгравирована надпись кириллицей: «Пожалована Ея Императорским Величеством Государынею Императрицею Екатериною Алексеевною служащему в армии капитану Тимофею Мироновичу Времеву за взятие семи польских знамён после штурма Праги. 1 января 1795 года» (передано по английскому переводу источника).

Согласно каталогу аукционного дома Christie’s за 2012 год, в 1795 году табакерку получил капитан Тимофей Миронович Времев (1774–1825), сын Мирона Фёдоровича Времева и Елизаветы Матвеевны Араповой. Потомок молдавского рода, представители которого последовали за князем Кантакузином в изгнание в Россию после русско-турецкой войны 1710–1711 годов, Тимофей первым браком женился на Наталье Алексеевне Мартыновой, родившей ему трёх дочерей, а вторым — на Александре Яковлевне Великович, от которой у него был сын.

Императрица нередко выбирала для награждения табакерку из собственного собрания, а не заказывала новую. В данном случае выбор был особенно уместным: сюжет миниатюры связан с вручением дара, а края табакерки богато украшены чеканным и эмалевым лавровым венком с ягодами — подходящим символом героизма.

Жизнь Времева завершилась менее благородным образом и имела печальные последствия для других. Во время продолжавшейся всю ночь карточной игры отставного полковника обвинили в шулерстве и избили трое других игроков, среди которых был композитор-романтик Александр Алябьев (1787–1851). Через несколько дней Времев умер, предположительно от полученных повреждений, возможно от разрыва селезёнки. Алябьев был арестован и предан суду по обвинению в убийстве. Поскольку доказательства оказались неубедительными, его приговорили к ссылке в родной Тобольск, где он оставался до 1831 года.

На крышке этой роскошной табакерки изображён «Суд Париса» — одна из самых известных и часто воспроизводившихся картин Ангелики Кауфман (Angelica Kauffman; 1741–1807). Впервые её гравировал Уильям Уинн Райленд (William Wynne Ryland; 1738–1783); гравюра была опубликована в 1778 году, так что во время изготовления табакерки этот сюжет считался исключительно современным. Характерная для Ханау манера росписи пластины и перекличка красного платья центральной фигуры Афины с яркой внутренней каймой из прозрачной красной эмали не оставляют сомнений, что пластина изначально предназначалась для этой табакерки.

Вероятно, и пластину, и табакерку расписал Игнац Петер Краффт (Ignaz Peter Krafft; 1745–1810), работавший в Ханау в 1779–1799 годах, а затем переехавший в Вену вместе с сыном, историческим живописцем Иоганном Петером Краффтом (Johann Peter Krafft). Декор en camaïeu особенно интересен как переходный этап от изображений деревьев, имитирующих дендритовый агат, к развитым монохромным пейзажам и маринам, известным по двум подписным табакеркам Краффта. На них сцены наполнены множеством мелких фигур, лодок и башен с развевающимися флагами, а от дендритовых ветвей остаются лишь точки.

Клейма табакерки — коронованные E и F и довольно грубо исполненная розетка, больше похожая на ромашку, чем на парижское пробирное клеймо Жюльена Алатерра (Julien Alaterre) в виде лютика, — Зелиг (Seelig) определил как знаки Эзайаса Фернау (Esaias Fernau). Среди многочисленных сочетаний клейм, приписываемых Фернау и его компании, этот набор встречается также на табакерке в Лувре (Париж), крышка которой украшена эмалевой пластиной, а гильошированный фон заключён в эмалевые бордюры с имитацией дендритового агата.

свернуть...