Чтобы оценить игру света на этой табакерке, её необходимо взять в руки и поворачивать. В неподвижном состоянии поверхность кажется тускло-коричневой и никак не соотносится с насыщенно-розовой эмалью фона пластин, расписанных гризайлью. Однако при движении цвета раковины меняются, приобретая радужные переливы с розоватыми отблесками. Как писал Бернарден де Сен-Пьер (Bernardin de Saint-Pierre, 1737–1814) в 1784 году в своих «Этюдах о природе» (Études de la nature), описывая магеллан — особенно красочную разновидность раковины бурго: «в естественном состоянии снаружи она чёрная, но после полировки обнаруживает все цвета зари».

Годом ранее Дре (Drais) поставил две табакерки для свадебного дара дофине Марии-Антуанетте (Marie Antoinette, 1755–1793), в том числе одну из магеллана для Луи Фелипо, графа де Сен-Флорентена (Louis Phélypeaux, Comte de Saint Florentin, 1705–1777). Обе были украшены золотыми пластинами с чеканкой Жерара Дебеша-младшего (Gérard Debèche fils), который, по-видимому, часто сотрудничал с Дре. То ли из-за чеканных пластин Дебеша, то ли по иной причине Дре выставил ведомству королевских празднеств (Menus-Plaisirs) невероятную цену — 3000 ливров за каждую табакерку, хотя в итоге ему заплатили лишь по 2400 ливров.

свернуть...